Хохот шамана. 1998, 1999, 2002 Лечение


Владимир Павлович Серкин
[hide]Источник[/hide]
В книге приведены обработанные фрагменты дневниковых записей диалогов с человеком, живущим необычайной жизнью. Система практик «Шамана» сложнее и шире, чем языковые (знаковые) описательные возможности автора. Общаясь с группами людей и другими существами, шамаш овладел многочисленными необычными практиками, позволяющими ему действовать на окружающий спокойствие и красоваться членом не только человеческих обществ.1998, 1999, 2002 Лечение

29.01.1998

Возможно, что моих записей хватило бы на издание книги вроде «Рецепты от Шамана», Но по своему произволу я не пользовался этими рецептами. В эту публикацию практические советы бес изменений включены лишь, если они попали в 1 сутки с важным диалогом.

— как ты готовишь сей папоротник?

— Солил.

— Как?

— разряд папоротника, разряд соли, сверху пресс, что бы он дал сок. после неделю сок сливаешь, ворошишь папоротник и заливаешь рассолом.

— что соли?

— покамест не перестанет растворяться.

29.01.1998

С годами выяснилось, что царство общения Шамана внезапно широк. теперь я бы даже сказал, что, живя на берегу, духовенство общается со всеми окружающими его людьми. Некоторые виделись с Шаманом лишь только раз как больные или же ухаживающие зa больными, другие общаются редко, Но регулярно. Ни эти люди, ни шамаш не находят в таком общении безделица удивительного.

— Где ты общий берешь соль, крупу?

— Кузьма привозит.

— Почему он это делает?

— Почему ты приносишь мне вещи?

— Они не нужны нам в городе.

— Но ты бесконечно несешь их на себе. А патроны, горелка?

— Это подарки.

— Почему ты это делаешь?

— Я что к тебе отношусь.

— И они причинность относятся. Я лечу их и подсказываю, где, что дозволительно взять. Это — не плата, а отношения. паки Кузьма считает меня колдуном.

— Тебе нравится, что тебя называют Шаманом?

— хотя горшком назови…

09.03.1998

В чем ни за что на свете очень подозревать Шамана, да в сентиментальности. Он простой мог поговорить с куропаткой и, окончив разговор, пообедать ею же. Раз я сказал ему, что предпочитаю охоту бес общения, Но шамаш только что пожал плечами и напомнил о разведении кур и коров. И внезапно на окошке его хижины я увидел веточки в банке.

— В зачинщик раз вижу между тайги веточки на окне. Зачем?

— Зимы опять много. зачастую нужны активные вещества

— как ты их добываешь из веточек?

— Это — ольха. Суточного урожая пыльцы с семи сережек хватает на снадобье взрослому.

— Ты ешь эту пыльцу?

— Эта — горькая. И чересчур сильна. роща и да полон лекарств и витаминов. Зимой дозволительно жевать стланик, почки березы, ольхи либо шишечки. Пыльца — для мазей и смесей при лечении.

— Ты прочел это в книгах?

— Ни в одной книге не приказывать о круглогодичном сотрудничестве с растениями. Для этого нуждаться век прожить с ними.

09.03.1998

Наверное, шамаш — беспримерный «лечащий врач» на сотни километров. Он не может ни с кем консультироваться, около него нет медицинских книг и стандартных лекарств. Но он В любое время действует так, как бы как знает, что делать.

— Ты лечишь все болезни?

— Только те, которые преодолел сам.

— Но говорят, что ты лечишь некоторый болезни.

— Болезней не да много, бездна вариаций.

12.12.2002

Странные для Колымы осень и зима. Стабильно стоит уже больше месяца 25–30 градусов мороза, Но снега нет. Выпадал малость в начале октября, приблизительно деревня раздуло. Холодно, пыль. Явные климатические аномалии. Травы и ягоды хрустят под ногами как стеклянные. На редких снежных застругах переплетение медвежьих, волчьих, лисьих, заячьих, мышиных и птичьих следов. В декабре на Колыме звери не спят и не сидят в норах! как бы не померзли бес снега. Тревожно.

Недалеко от прежней землянки Шамана поселился 1 из браконьеров. войско помогла ему исполнять землянку. Оставили рыбу, крупу, соль, три ящика свечей и бочку солярки. Он ухитрился жечь все зa месяц. Свечами атмосфера в землянке нагревал, что бы зa дровами не ходить. Навещаю третий раз. Медитировать он не умеет и учить уму-разуму не хочет — другое воспитание. В результате, говорит лично с собой и мне очень «приседает на уши». В городе казался крутым. Не свихнулся бы.

Наверное, около него не хватает жиров в пище. В одном месте шкура на лице треснула, проступили фрагменты мимических мышц, как в анатомическом атласе. Храбрится, не хочет со мной отправляться в город. Принес ему сала, жирной колбасы, майонеза и растительного масла. Знаю, что все съест быстро, взамен того, что бы растянуть на зиму. Перезимует с моей поддержкой до прихода бригады и больше не захочет да жить.

Шаман бы не стал помогать. Во сне общался с ним.

— Почему не помочь?

— около него короткий высота культуры. стремительно превратится в иждивенца.

— Но он живет трудно. Набрал кубометр мидий и куча морской капусты на зиму. Жиров нет.

— Нужно, что бы он не ждал твоей помощи, а боролся.

— если я принесу ему куль мороженных кур, он воевать не будет?

— Скорее всего, тут-то замерзнет.

— Почему?

— или же он будит резаться зa содержание отдельный день, либо не сможет.

— «Куры» помешают бороться?

— Должна продолжаться стабильность борьбы. «Куры» позволят пока не бороться, как свечи и солярка. Из зa них он лишь не замерз, да как разом не приобрел привычку готовить дрова. Вспомни судьбу ушедших коренных народов: они прекрасно жили до того, как к ним пришла «помощь» западной цивилизации.

— Но он сам по себе из западной цивилизации.

— Это — Колыма. Он мог бы частично изгонять где-нибудь в обильной сибирской тайге или же в тамбовском остаточном лесу. Здесь частично не получится. или же он весь задействует все свои ресурсы в борьбе зa жизнь, или же сдохнет.

— Ох и суров ты. вместе не надо помогать?

— Наоборот: хочу, что бы он имел шанс. Можешь передавать гостинцы. Но совсем немного и несистематично. что бы он на них не рассчитывал. Пусть рассчитывает только на себя.
09.03.1999

Шаман не стремится безделица скрывать, Но говорит со мной долго подбирая слова. Это напоминает мне мои объяснения сложных концепций студентам, не владеющим терминологией. Я прекрасно знаю, что ограничения опыта не дают объяснить многое, даже при владении языком. как объяснить семилетнему про любовь, примем просто говоришь знакомые для него слова, которые да и остаются словами.

— Почему ты не пьешь чай?

— Пью, Кагда захочу.

— при мне не пил ни разу.

— Я пью кипяток и отвары.

— Откуда ты знаешь о травах?

— Из книг, из жизни.

— А как ты составляешь новые отвары?

— Чувствую, что потребно делать. от времени до времени мне снятся составы. опосля этого я просто знаю.

— Но как ты делаешь отвары для больных?

— Они болеют тем, чем я уже болел, и я знаю, что нужно.

10.03

Присматриваясь к лечебным процедурам, я следил и зa состоянием Шамана, предполагая, что он недавно влияет на больных. нуль необычного в его внешности не было, Но опосля лечения он, почти в четверти случаев, был сосредоточен и даже грустен.

— Что заботит тебя опосля процедур?

— Не заботит, напоминает.

— Что?

— о том, как начал лечить.

— Можешь рассказать?

— Встретил раз в городе знакомую по юности. Когда-то она была чрезмерно красива, я а чрезмерно застенчив. И не подходил к ней. при встрече ей было сорок, она выглядела плохо и была тяжело больна. Ночью проснулся, вспомнил про нее и внезапно понял, как полечить на расстоянии.

— Вылечил?

— Облегчил.

— Ты знал, где она находилась в тот момент?

— Не имеет значения.

— Зачем тут-то больных привозят к тебе?

— дозволено и бес этого. неизвестный может рассказать, вещь показать. Но много увереннее и лучше, Кагда вижу.

— Почему ты неожиданно понял, как ее лечить?

— адски сердечно пообщались. Воспоминание было тожественный ужасно «сердечным», и чрезвычайно хотел помочь.
10.03

Предполагая, что описания Шамана помогут понять его «методики» лечения, я изредка расспрашивал его о больных.

— Из города кто-нибудь приходил лечиться?

— Мало. Кагда очень прижмет.

— Расскажи что-нибудь.

— Был мужик. около него не стоял.

— Таких переставать в городах. Они же не дойдут сюда.

— Его житье-бытье стала невозможной.

— Странно. Живут же люди.

— Естественно, что около него не было ни жены, ни детей.

— тожественный около многих.

— Он бодрился и показывал окружающим, что около него все хорошо. Умно, к месту рассказывал малость о своих сексуальных отношениях, которых на самом деле не было.

— И это некоторый могут.

— К болтливый он убедил окружающих, что около него все в порядке. в то время они решили, что он опасный эгоист и зазнамо живет только для себя. ступень за ступенью все значимые для него человеки дистанцировались.

— Да, довыделывался.

— Он узнал про меня от браконьеров и приперся между зимы, не зная дороги.

— Ты лечил его?

— Старательнее обычного.

— Почему?

— Когда-то я самовластно ушел в много Восточно-Сибирского плоскогорья в демисезонном пальто и в городских туфельках.

— около тебя же были дети.

— Для них и ушел.

— Наслышан про такое. Удалось вылечить мужика?

— Он сам. Ему уже был конец, Кагда он приполз. Все его болезни и паразиты уже отчаялись и бросили его к тому моменту. Практически, заодно с излечением обморожений он начинал абсолютно новую жизнь.

— А потенция?

— Весной это был новый прислуга с другими возможностями. Потенция высокая.

— Женился, дети, друзья?

— К старым друзьям он не вернулся. Дети, наверное. Дети растят нас и заставляют замышлять жизненные проблемы. Ты кроме услышишь о нем. Это — неординарный человек, предназначенный.

— Я узнаю в нем твоего больного?

— Это ой ли ли.

09.05

Шаман предложил идею мне овладевать не мало килограммов красной икры для родственников. Раньше он не говорил о хозяйстве, Но я предполагал, что, живя в столь суровых местах, шамаш ведет жестокую борьбу зa существование. Это догадка заставляло меня захватывать лишние продукты и не теснить на угощения Шамана. ныне выяснилось, что мои предположения неверны. Наоборот, Шаман, думает, что он живет в хороших условиях, а я в городе тяну с большим напряжением.

— В городе прожить легче. Оставь икру себе.

— резво будит новая. что бы, вы съели эту до июля. В городе потруднее прожить.

— около тебя да тьма тем икры?

— Солю одну бочку в путину[20]. если разделить на все деньки возраст — около ста пятидесяти грамм на день. Ни 1 прислуга столько не съест.

— Что ты вторично заготавливаешь на зиму?

— Бочку грибов, пару бочек лосося, бочку разнорыбицы, пару-тройку банок краба, бочонок брусники морожу, по банке рябины, голубики, после папоротник, морская капуста, шишка, шикша, багровый корень, черемша, буйный лук… Глянь в леднике.

— сегодня понял, почему ты не взял витамины. А в этом случае подумал, что за щепетильности о химии.

— С витаминами здесь получше.

— Килограммы ценнейших продуктов на день! Зачем Кузьма тебе привозит крупу, картошку? Зачем мы охотились?

— Крупы, картошка, пища — углеводы. Охотимся редко, это — практика.

— вероятно тебе не нужны продукты, которые я приношу?

— Разнообразие радует. Апельсин, лимон, томаты, киви эти интересны. А консервы либо концентраты…

— И что времени около тебя уходит, что бы жить год?

— если выкладку работник сутки по пятнадцать часов, то дней десять-двенадцать.

— Десять дней кормят год?

— Говорю же, в городе квартировать потруднее. необдуманно ты пренебрегаешь добычей.

— нынче призадумаюсь. Почему так?

— В городе ты обязан делать закупки родне и себе то, что не нуждаться для жизни: модные вещи, технику, мебель, напитки, подарки… только не перечесть. Здесь ты свободен от этого.

— Но это нужные вещи. Отношения, уровень, престиж, наконец.

— Тебе покамест лучше населять и делать в городе.

09.05

Солнечные склоны в крутых распадках уже причинность прогреваются днем. Появились проталины. На них сухо, да как вода сразу стекает с крутого склона. Высокая, желтая с осени былье и много кустиков с прошлогодней брусникой. Я да увлекся брусникой, что подскочил на месте, Кагда молчавший вялый шамаш неожиданно спросил:

— Что ты говорил о «жестокой борьбе зa существование»?

— Ну, в столь суровых условиях надо биться зa выживание.

— Имей в виду: как только начнешь биться — это инициатор ход к смерти.

— А не бороться, да в один присест замерзать?

— Не драться и не замерзать. просто делать в гармонии с окружающим миром.

— Как?

— Не противопоставлять себя Природе, даже не представлять себе об этом. Природа В любое время тебя победит.

— Но бес напряжения сил не обойтись.

— Обойтись. Старайся совершать то, что нужно, «по течению» дня, часа, мига.

— Но как?

— Начни, старайся ощущать и поймешь.

16.06.1998

Наблюдая зa общением Шамана с больными, я обратил почтение на «привязку» его действий к приливам и отливам, фазам Луны либо Солнца, ветрам, камням, растениям, животным и рыбам. Предполагая, что шамаш использует какие-то местные потоки энергии и существ, я решил, что умения Шамана должны толкать(ся) не универсальными, а «местными».

— Ты мог бы лечить, например, жителя Украины?

— Не сразу. следует пожить там, почувствовать воздух, воду, ритмы.

— Но доктор лечит в любом месте.

— Я учился в Хабаровске и работал участковым. Медицина в кризисе.

— Что ты имеешь в виду?

— ныне врачеватель — не целитель.

— А ты — целитель?

— Я не вмешиваюсь, если меня не просят. И я лечу не болезнь, а человека с его миром.

— первый встречный может лечить, если научится?

— Нет. развинченный обязан веровать целителю.

— Что-нибудь, опричь сложившейся репутации, влияет на вера больного.

— слава маловато что значит. суть — власть действий.

— Что это?

— врач обязан лежать уверен в том, что он делает.

— Откуда хворый знает об уверенности целителя?

— Местные — стихийные герменевты, они зараз это чувствуют и не будут лечиться, если врач не уверен. конечно и ты можешь чувствовать.

— Мне говорили, что ты пляшешь с бубном и камлаешь.

— достаточно часто. Бубен, наверное, войдет в помещение врачей будущего.

— Для чего?

— большая часть болезней происходит за рассинхронизации человека с его миром. вертеж и песни с бубном помогают человеку вновь синхронизироваться.

— отроду такого не слышал. А как же вирусы, бактерии?

— Вирусы, бактерии, психосоматика — материальные проявления потери гармонии с миром.

— Но как бубен вводит человека в гармонию?

— На твоем профессиональном сленге это называлось бы вроде «настройка динамического стереотипа».

20.07.1999

Шаман уверенно смешивает из своих заготовок, минералов, свежих растений, насекомых, морской и тленный живности лекарства от болезней. Сотни, а может быть, и тысячи составов, которые отроду не повторяются.

— Откуда ты знаешь, что, то или же иное существо является лекарством?

— Все является лекарством или же ядом в зависимости от дозы.

— начинать да, и водка?

— В малых дозах, начиная с капель и притирок, водкой дозволено многое лечить. В больших — один знаешь.

— А откуда ты знаешь, что и как целить ольхой, а что и как стлаником?

— Они сказали мне.

— вещь мне они сносный не говорили.

— Твое понимание забито суетой. В этом состоянии ты не можешь ни спросить растение, ни услышать его.

— недавно я могу начать делать с растениями?

— Береза может поделиться с тобой энергией, а ольха или же осина — овладевать порция негодный энергии. Но не увлекайся. Они могут запасать и нужную тебе энергию.

— А почему ты все время делаешь разные лекарства?

— Принципиально разнообразных немного. Но одинаковыми они непременно не могут.

— Почему?

— Чудак-человек. Я же лечу разнообразных людей, в разные дни, при разной погоде, Луне, море…

20.07

Изрезанная береговая черта и сопки создают много небольших водоразделов, по каждому из которых стекают ручьи. духовенство ходит с котелком и кружкой от ручья к ручью, пробует воду на вкус, глядит на свет. Я тожественный пробовал. На стиль вода малость различается, Но определяешь это не сразу, как только на третий-четвертый опосля прихода из города. духовенство говорит, что зa четыре дня меняется заметное для самого человека число воды и солей в организме. И своевольно знаю: первые три дня в городе замечаешь, что вода в кране из застойного водохранилища, хлорирована и проходит по ржавым трубам. после перестаешь замечать.

Когда привыкнешь к чистым горным ручьям, если сосредоточиться, замечаешь, что в одном ручье вода лишь горчит, в другом немного щиплет, в третьем — очень вкусная. Это объясняется разным солнечным, лунным и звездным режимами ледников и ручьев, разным составом торфяных болотец на вершинных плато и минеральным составом горных толщ, после которые вода с ледников и болотец фильтруется.

«Вкусную» воду мы используем для чая или же ухи, другие духовенство использует для своих снадобий.

— Какое важность имеет вода для лекарств?

— Вода совместима с травами и с человеком. Например, стараюсь оперировать отвары и настойки на той воде, на которой растение и выросло.

— Что это дает?

— да лучше восстанавливаются свойства растения. как кровь вливать — своя лучше донорской.

— да просто. Почему официальная медицина это не использует?

— Использует частично. самолично прописывал больным разные минеральные.

— А для трав в аптеках?

— Где, кто, как, Кагда собирал эти травы? Может даже травы мучились при этом.

— Но мещанин не может своевольно собирать.

— в то время лучше талую. Она во малость похожа похожа на весеннюю.

— А как сделать, что бы травы не мучились при сборе и сушке.

— Нужны специальные говоры.

— Научи меня.

— Не запомнишь бес долгой практики. покамест просто проси прощения, объясняй, что не все выкашиваешь, и что-для чего нужно. непременно оставляй довольно травы на развод и выполняй обещанное.

— как влияет устройство обещаний?

— иным способом травы, горы, много и все-все сделают тебе «предъяву». (Шаман улыбнулся, Но смех относилась только к термину).