Настасья


сочинитель — я. Приятного чтения. безгранично жду ваших комментариев!Белоснежные кроны деревьев блестели в лучах заходящего солнца. На подёрнутую замёрзшей снежной коркой землю надвигалась тюрьма полярная ночь. Большие снежные хлопья застилали земляной покров, образуя красивый белоснежный холст, изящно блестевший в последних солнечных бликах уходящего на достойный неясный небесного светила.

Во всём этом белоснежном великолепии выделялась одна незначительная деталь: деревянная и надёжная изба, готовая защитить своих обитателей от любого ненастья и пробирающего до костей холода. Избушка, стоявшая между ослепительно белого покрывала, напоминала продрогшим и замёрзшим путникам о нетленном и всем сердцем желаемом уюте.
В той самой избушке жили неприметные в мирском смысле, Но такие важные и значимые для простиравшейся на некоторый мили около тайги люди.

Изнутри всё было вдобавок уютней, чем снаружи: деревянные стены, украшенные тёплыми махровыми коврами снисходили в тщательно выкрашенный дощатый пол; поверх которого лежали прелестные, Но до тошноты дешёвые паласы, хоть их приличный и чистейший форма говорил о том, что их хозяева очень аккуратные и трудолюбивые люди.
За небольшим дубовым столом, при тускло горевшей восковой свече, восседали пара человек.

Прелестная и очень симпатичная малолеток Настя, и её священник Михаил Петрович. около их ног, свернувшись в клубочек, дремала любимая питомец и лучшая друг Насти, верная лайка – Найда. шавка нить около них невыносимо давно, малолеток не помнила, откуда она появилась. Она не мало раз спрашивала отца, Но тот В любое время спешил поменять тему, и женщина бросила бесплодные попытки.

За пределами избушки резвилась проказница вьюга, бросая снежные хлопья на все четыре стороны и образуя разнообразные ледяные сугробы. В лесу, зa пару миль от людского жилища, раздавался жуткий сумасшедший вой. стадо бешеных громадных и свирепых волков рыскала в поисках дежурный жертвы, которой было судьба начинать апогеем их животного безумия.

— Слышишь, Настасья? Не к добру всё это. неудержимый волк непроходимо опасен, Но такая стадо способна уничтожить небольшое поселок людей. Им неведом страх, одни только что бесы правят ими!

— Да, отец, слышу, – прошептала девушка, отхлебнув глоток ромашкового чая. Под ногами собака, взъерошенная масть которой напоминала грубую щётку для чистки лошадей, тихонько поскуливая, прислушивалась к тем страстям дикой природы, что творились зa пределами их уютного убежища.

— Неплохо бы перестрелять всех этих обезумевших! Завтра же возьму ружьё и пойду в лес.

— Но папа! Это же опасно, что если они нападут на тебя?!

— Не волнуйся, милая, я возьму с собой Найду, прорвёмся! – сказал Михаил Петрович, немного улыбнувшись и потрепав собаку зa ухо.

Вскоре мужчина, предчувствуя завтрашний день, отправился на боковую. Девушка, заранее убрав со стола, улеглась в ложе и, с тревогой думая о том, что будит завтра, постепенно для себя уснула.

Проснувшись довременно утром, Настя, бессознательно подкинув в печку дров, заметила, что благодетель уже ушёл.
Весь число проведя зa домашней работой, стараясь отвлечься от грустных мыслей, женщина тайный поглядывала в сторону леса. благодетель не появлялся, к тому же густо посыпал снег, и бес тово мрачное и тоскливое бог становилось всё чернее и чернее. Прошло около часа, а отца всё не было… новый осадок падал на ледяные сугробы, образуя невообразимые и дивные узоры; Но всё это снежное роскошь пожирала скоро наступавшая таёжная ночь…

Где-то неподалёку раздался тихий волчий вой, после выстрел – ещё, вдобавок и ещё… Не в силах больше удерживать себя, Настя рванулась в сторону леса. Валивший как из ведра осадок лип к лицу и мешал ориентироваться… Но существование в лесу, с малых лет, не прошла даром, и вскоре женщина выбежала на великий уступ, залитый ровным лунным светом… Ужасное представление предстало накануне её глазами: три больших волка лежали замертво, 1 тихонько поскуливал, ожидая своего неизбежного конца; около него лежала Найда, на собачьем боку зияла большая жуткая рана; не сдержав крика, малолеток подбежала к своей любимице и зажала рану, напрасно пытаясь мешать кровь; оглядываясь по сторонам в поисках отца, она не заметила, как за деревьев тихо выскользнул волчий силуэт…

Услышав глухое рычание, Настя вскочила. Обернувшись, она увидела большого безумного волка, из его раскрытой пасти капала слюна, обнажённые белые клыки едва слышно клацали, его налитые кровью глаза пожирали будущую жертву. Позади была лишь только зияющая пропасть, простиравшаяся под уступом. Но помещаться было некуда, и малолеток стала отступать. Волк осторожный шёл зa ней, подгоняя её всё ближе и ближе к обрыву. внезапно женщина обо вещь споткнулась и с криком покатилась к краю уступа. В панике пытаясь зa что-нибудь уцепиться, она наконец-то ухватилась зa одну из торчавших ледяных глыб, чуть она отделяла Настю от неминуемой смерти. Затёкшие пальцы да и норовили разжаться; держась из последних сил, малолеток прощалась с жизнью. драться больше не было сил, и она разжала пальцы…

Вдруг чья-то сильная власть схватила её и потащила наверх. Оказавшись на твёрдой почве, малолеток огляделась.

— Отец!!! – не сдерживая слёз радости, она повисла на мужчине.

— Идём домой, — сухо ответил тот.

Слегка удивлённая поведением отца, малолеток подбежала к Найде. Та всё кроме дышала.

— Она жива! Папа, помоги!

Подошедший Михаил Петрович отстранил Настю и взял собачью голову в свои руки. Он посмотрел Найде в глаза, а та в свою очередь, едва слышно, зарычала. Быстрым движением рук он свернул ей шею.

— Нееет! Что ты наделал?! – Настя била отца в мощную грудь, она ненавидела его в эту минуту.

Мужчина, не сказав ни слова, направился в лес. Девушка, стараясь не упасть, уставшая плелась зa отцом. Тот в свою очередь, почти что не обращая внимания на дочь, уверенным медленный шёл к дому. Дома, растопив печь, Настя принялась сушить волосы, которые насквозь промокли от налипшего на них снега. священник тихо ходил по комнате, кое-где бросая отнюдь не отцовский взор в сторону девушки, она же в свою очередь беспокойно поглядывала в ответ.

Беззвучно, как стрела, он бросился к ней. Настя отчаянный отбивалась, они повалились на пол. Мужчина подмяв девушку под себя, начал причинять ей зуботычина зa ударом. В его глазах плясали пламенные языки животного безумия; нанеся дежурный удар, он, ехидно улыбнувшись, наклонился над ней и собирался вещь сказать…
Настя огромным усилием воли старалась не потерять сознание, Но в глазах становилось всё мутнее. внезапно неизвестный отбросил её мучителя в сторону, стало быть легче дышать…

«Кажется, около меня раздвоилось в глазах», — подумала Настя. вдвоем человека, похожих как две лекарство воды, сражались на дощатом полу. Вскоре её гонитель стал уступать, а другой мужчина нанёс ему сокрушительный пощечина в череп. после достал за пазухи нож и воткнул в самое сердце. Мужчина посмотрел в сторону Насти…

— Настасья, ты в порядке?

— Отец! Это ты? – неуверенно спросила девушка.

— Да. Слушай, родная. Эта стая… Я ни в жизнь не говорил тебе… Это не очень волки, это оборотни… искони они не появлялись в наших местах, с тово момента, как ты родилась, я между тем прогнал их… то есть в ту самую ночь погибла твоя мать, она пыталась защитить тебя. А Найда – это твоя мать притащила её к нам в дом, в ту ночь она, будучи к тому же щенком, подползла к тебе и улеглась рядом; я тем временем с горя подумал, что это грудь твоей матери переселилась в Найду. хоть бы эпизодически мне кажется, что да оно и было – сверх меры быстро она привязалась к тебе.

Подойдя к Насте, Михаил Петрович помог ей подняться и уложил в тёплую постель, заботливо укрыв пуховым одеялом. лично же он принялся уходить в полуразрушенной комнате, предстояло еще раз страсть дел, Но ночь длинная. И он обязан исполнять всё, что бы дочери, вставшей утром, ничего не напоминало о пережитом кошмаре…

Настя с той ночи зачастую находилась около дверей их избы и, закутавшись в отцовский тулуп, смотрела на ночное небо, усыпанное миллиардами звёзд; на частый лес; на большие снежные сугробы, напоминавшие застывших великанов… В такие минуты она преимущественно грустила о Найде, и иногда ей казалось, что между могучих заснеженных деревьев мчится её счастливая свободная душа…