Картина


виновник — я.«Хорошо получилось. И действительно хорошо, — подумала Марина. — Хотя… должно кроме совсем немного зеленого».
Она сделала не мало ярко-зеленых мазков и отошла на не мало шагов назад.
Маринины картины отличались каким-то оптимизмом. ныне она нарисовала девушку в зеленом убор на фоне моря. много было точь-в-точь такое, как предварительно Мариной, Но не такое унылое, как на самом деле. женщина была похожа на Марину, Но с некоторый злобой на лице. Это Марине не понравилось. Не сильно удачно получилось. На всех ее картинах счастливые улыбки. лишь подумав, Марина решила доделать картину завтра.
Она положила холст в машину, села в нее и нажала на газ.
Дома Марине было неуютно. Почему-то, несмотря на теплую погоду, было ужасно холодно. Двери скрипели, добро бы раньше такого не было. По стенам отчего-то сновали странные тени. ей-ей паки и электричество отключили. хороший день. А бал не очень…
Но Марина не привыкла огорчаться по пустякам. Ночи светлые, зачем ей знать И она стала готовится ко сну.
Расчесывая свои рыжие волосы, Марина снова ощутила беспокойство. «Странно, с чего бы это?» — подумала она, закрывая свои зеленые глаза.
Она проснулась ночью от холода. Он пробирал до костей, добирался до каждой клеточки и студил сердце. Марина, пошатываясь, встала. Она услышала шум и намертво вцепилась в кровать.
» Может, это мыши? — успокоила она себя. — Раз так, то надо поставить мышеловки».
Марина пошла в чулан. Там она увидела свою сегодняшнюю картину и улыбнулась. «Замечательная картина, почему б ее не закончить?» — подумала она, закрывая пальцем безуспешно получившееся личико девушки на картине.
И тогда Марина похолодела. Она оставила картину в машине. Тогда… Что это?
Палец пронзила острая боль. Она посмотрела на него. Кровь… Ее укусили.
Марина вещь искала. пусть бы нет, это не Марина. около нее те же зеленые глаза, Но в них — ярость и зуд властвовать. Те же губы, Но смех искусительницы… под конец женщина нашла банку с краской и кисточкой. Она подошла к картине Марины. Но там не было девушки в зеленом платье. Там женщина в пижаме, заломившая руки в молящем жесте.
— Пока, Марина, — сказала малолеток и замазала лик на картине, — ныне не выберешься.
Она вымыла руки и улыбнулась.
— Наконец-то подходящее тело! — воскликнула она и вышла из дома.